2026 (2) Новый 2026 год встретили в любимом тихом отеле в Альпах. Много лет ездим в это место. Там создается ощущение, что ты спрятался от всего. В полной безопасности. И покое. Будто на другой планете. И до нее ничего никогда «не долетит». Кроме снега.  Катались на лыжах. В один из дней после катания я пришел в бар отеля пообедать. Сел за единственный свободный стол. Ждал Васю. Читал «Велнесс». Рядом сидела семья. Мать с дочерью лет семи и сыном лет семнадцати. Говорили по-русски. Мать усердно предлагала дочери «покушать курочку», отпивая из бокала шампанское и поглядывая в свой оранжевый телефон. Я записал кому-то голосовое, и им стало понятно, что я русский. Мать моментально забыла о «курочке». И начала рассказывать своей дочери об отключении электроэнергии в Киеве. О том, что европейцы не дают им, чтобы «долетало» до Москвы. А давно пора! Мол европейца дождутся, и из России и до Европы «долетать» начнет. Говорила она все это громко. И, очевидно, все это предназначалось мне. А что же я?  Я могу быть эмоциональным и вспыльчивым. Могу вступить в ненужную перепалку. Влезть куда не надо. Но тут я даже не поднял глаза от книги. Что я чувствовал? Буквы, конечно, в слова больше не собирались. Дискомфорт? Очевидно. Злость? Да нет, наверное. Я осознавал, что меня провоцируют. Моя взрослая часть превалировала, и я понимал, что реагировать, а уж тем более отвечать, не имеет никого смысла. От меня этого ждут. Я этого не дам. «Пап, а чего ты такой грустный?» — спросил меня Вася, присаживаясь за стол через несколько минут. Соседи только что ушли. «Все хорошо, сынок, задумался просто», — ответил я. И не стал ничего ему рассказывать. А еще подумал, что Вася прав. Именно «грусть» было самым подходящим словом для описания моих чувств. Вечером того же дня ко мне за столик в баре подсела пара — голландец лет 60 и его жена из Австрии чуть моложе. Не было других свободных мест. Узнав, что я русский, они дико обрадовались. Сказали, что я не должен считать европейцев дураками. Европейцы все прекрасно понимают. Я улыбался и кивал, не вдаваясь в подробности того, что же они понимают. Голландец начал вспоминать как в 1994 году провел две недели в Москве. Жил в одноименной гостинице. Все мог достать за доллары у портье. Однажды заблудился в метро, и ему помогла девушка небесной красоты. В Москве ему понравилось. Мы заболтались. Мне никак не несли напиток. Он взялся заказать его сам. Я в ответ предложил их угостить. Они наотрез отказались и сказали, что сегодня угощают меня. Через час оживленной беседы я ушел спать. Утром при выезде из отеля мне дали счет за прошлый вечер. Все напитки, которыми яростно меня и себя угощали мои новые друзья, были в нем. Я улыбнулся. Европейцы такие европейцы. #РассужденияИзвекова