Мне был 21 год, и я чувствовал себя разбитым стариком. Март 2021. Серая съемная однушка, немытые окна, на душе — тоска от того, что диплом пылится в столе, а я не знаю, куда двигаться дальше. Листая ленту, наткнулся на «Хоримию». Школьники, любовь… «Ну что я, школьник?» — подумал, но от скуки включил. И застрял. С первой же серии, где Миямура приходит в дом к Хори. Они не играли в любовь на крыше школы — они просто были рядом. Она уставшая, с младшим братом на руках. Он тихий, боится лишний раз слово сказать. А между ними — тепло. Чай на кухне. Случайные взгляды. Сцена, где она кормит его пончиком — такая простая, что у меня защипало в носу. Я досмотрел все за ночь. Когда пошли титры, в комнате горел только свет от монитора. И я заплакал. Не взахлеб, просто слезы текли сами. Мне стало до боли жаль себя. Я понял, что завидую им не красивой истории, а тому, как они умеют быть настоящими друг с другом. Не бояться показаться слабыми, уставшими, неидеальными. Я разучился так. Я боялся подойти к девушке не из-за внешности, а потому что стыдно было показать свою пустоту внутри. Но сквозь слезы пришло и другое. Я посмотрел на себя в окно и подумал: а может, я тоже хочу, чтобы кто-то пришел ко мне просто так? Не в кафе, не на свидание, а в эту серую квартиру, с дешевым пончиком, и мы бы пили чай и молчали вместе? Та ночь ничего не изменила в одночасье. Но что-то щелкнуло. Я перестал себя жалеть. Вспомнил, что мне 21 и что где-то есть моя Хори, которой, возможно, тоже надоело притворяться. «Хоримия» стала тем самым пледом, которого мне так не хватало в холодный март. Напоминанием, что главное — не бояться открыть дверь, когда твой человек постучит.