Нет ничего более уместного, чем обратиться к теме контроля информации именно в эти дни, когда страны #ПерсидскогоЗалива находятся под иранской угрозой, говоря напрямую из #Дубая. Пока я пишу эти строки, я нахожусь в Dubai Marina (ОАЭ), в среду, 4 марта. В прошлую субботу регион Персидского залива стал ареной военного конфликта: Иран ответил ракетами и дронами, направленными на американские военные объекты в Катаре, Кувейте, Бахрейне, Саудовской Аравии и Объединённых Арабских Эмиратах. На протяжении всего выходного слышались мощные взрывы, сопровождавшиеся столбами дыма в небе. Эмиратская система противовоздушной обороны перехватила и уничтожила иранские ракеты и дроны. Вначале, как это часто бывает в подобных ситуациях, царит путаница: непонятно, что на самом деле происходит, информация противоречива, и человек оказывается словно подвешенным в состоянии неопределённости. В Дубае были поражены аэропорт, порт и отель на искусственной пальме, однако ущерб оказался ограниченным. Сегодня я узнаю, что, возможно, был поражён и консулат Соединённых Штатов. Ситуация, очевидно, ненормальная, но город продолжает жить с относительным спокойствием: Рамадан продолжается, рестораны полны, движение на дорогах остаётся обычным. Есть напряжение из-за происходящего, жители и многие туристы это осознают, но в то же время ощущение всё ещё далеко от паники. Здесь я хочу остановиться на одном конкретном пункте: загрязнение информации — явление, которое проявляется удивительно похожим образом и в эфирной среде, той, которую мы часто исследуем, когда находимся в гипнотическом пространстве. Схемы идентичны. Понимание физического мира помогает нам понять эфирный и наоборот — в непрерывном цикле сопоставлений и подтверждений. Инфлюенсеры в социальных сетях и средства массовой информации, большие или маленькие, подчёркивают новости, используя слова с сильным эмоциональным воздействием: отель «разрушен», аэропорт «бомбардирован», туристы и жители пытаются «бежать» из страны, «конец мечты» о роскоши и налоговых преимуществах Дубая, ожидаемый «обвал» рынка недвижимости и так далее. Подобный тип повествования часто распространяется в таком тоне, чтобы привлечь внимание, получить большую видимость и, следовательно, более значительную экономическую отдачу. Крупные средства массовой информации, те, которым необходимо сохранять определённую репутацию, редко доходят до столь крайних уровней. Однако они не отказываются от привлечения той части аудитории, которая реагирует страхом на определённые ситуации, впадая в состояние паники и ментальной растерянности. Каждый человек реагирует по-своему: некоторые способны сохранять спокойствие даже под давлением и стараются понять ситуацию, чтобы принять взвешенные решения. Тем не менее крупные информационные группы нуждаются во внимании, аудитории и деньгах — точно так же, как небольшие медиа или очередные инфлюенсеры. Испуганный человек, который во время интервью рассказывает о своём страхе умереть под бомбами с перепуганными глазами и дрожащим от нервозности голосом, представляет собой чрезвычайно привлекательный контент. Интервью с человеком, который говорит, что жизнь в основном продолжается как обычно, хотя и с некоторыми мерами предосторожности, не является новостью. Это не интересно ни тем, кто производит информацию, ни зачастую тем, кто её получает. Очевидно: то, что действительно привлекает внимание, — это страх. Это энергия, которой мы питаемся и которой одновременно питаем наших эзотерических интерферентов. Система устроена так, чтобы генерировать энергию, и страх представляет собой энергетическую нефть тонких миров. Большинство людей подвержено эзотерическим вмешательствам и синхронизировано с этими частотами; отсюда возникает необходимость поддерживать их активными, постоянно подпитывая их страхом и беспокойством. Замечаете ли вы, как почти инстинктивно информация манипулируется по базовой причине выживания и нефизического питания?