Неделю назад мы выпустили премьеру в "Никитинском театре" Воронежа. Это легендарный театр, я много лет слышал о нём и видел спектакли - например, «Чернобыльскую молитву» моего однокурсника (по театроведению) Мити Егорова. Несколько лет назад мы познакомились с создателем Никитинского театра Борисом Алексеевым, который играет одну их частей театрального проекта-грибницы «Лес» под названием «Лес. Трактат». Мы с Борей некоторое время вели диалог о постановке - и в этом сезоне всё наконец-то сложилось. Боря предложил мне сделать спектакль, основанный на местном фольклоре. В театре, сказал он, много поющих артистов, а ещё дружественный композитор Ярослав Борисов, который знает толк в работе с живым вокалом. Мы стали думать, какой материал подошёл бы для работы с фольклором. Мне очень не хотелось делать что-то документально-исследовательское. На нормальную полевую работу я просто не ощущал адекватного ресурса сил и времени. Я предложил несколько вариантов книжек, где было бы уместно аутентичное пение, но все они вызывали у Бориса сомнение. Тогда я пошёл в противоположную сторону - не к традиции, а в направлении современного пост-индустриального мира, как раз лишенного опоры на традицию. Я вспомнил про очень странную книжку моей любимой Аллы Горбуновой - «Ваша жестянка сломалась». То ли фантастическая повесть о цифровом сверхразуме и любовных отношениях с компьютером, то ли большое (на 250 страниц) стихотворение в прозе, полное мистических откровений и пограничных состояний. «Жестянка» стоит особняком в творчестве Горбуновой, она странная, и у меня по началу были сложные отношения с этим текстом. Но я зацепился за спонтанную ассоциацию: фольклор - это же и есть доисторическая нейросеть человечества. Бродячие сюжеты, общие мотивы, отсутствие индивидуального авторства. Неожиданно Борис Алексеев выбрал именно «Жестянку». Так я оказался постановщиком текста, в котором сам практически ничего не понимал. Главное о Никитинском театре: у него нет главного режиссера, художественный руководитель - один из артистов. Театр всегда работает с приглашенными режиссерами, поэтому у него нет доминирующей эстетической системы. Артисты изначально готовы сканировать и принимать на себя разные правила игры. Слушают, пробуют, приносят. Вначале не совсем то, потом - то самое. Параллельно я смотрел спектакли репертуара, а там режиссерская роскошь. Коля Русский, Лиза Бондарь, Артем Устинов, Юра Муравицкий, Андрей Прикотенко, Андрей Гончаров, и ещё, и ещё. Каждый спектакль артисты играют так, будто всю жизнь провели в этой системе координат. При этом - всего восемь человек в труппе. Такой режим существования формирует особое качество взаимодействия артистов между собой. Индивидуальный стиль «Никитинского театра» заключается в особом «муравьином мозге», который позволяет артистам мгновенно сговариваться, настраиваться на общий тон, переключаться и ритмично жить. То же самое можно сказать и о тех, кто обеспечивает работу театра - это тоже буквально семь-восемь человек. Декорации к спектаклю своими руками делала не только технический директор Ира, но и помощник режиссера Аня и хозяйка театрального буфета Катя. Всех нас с премьерой, а театральных туристов зову в гости в Воронеж, расскажете нам, что за спектакль получился. А в "Коммерсанте" уже вышла первая рецензия. Алла Горбунова Ваша жестянка сломалась художник Ольга Павлович композитор Ярослав Борисов хормейстер и консультант по традиционной культуре Илья Шаров художник по свету Юрий Курамшин ассистент композитора Иван Сухарев. В спектакле участвуют Александр Габура, Марина Демьяненко, Андрей Клочков, Кирилл Пчелинцев, Анна Силина, Мария Соловей, Татьяна Солошенко.