Замкнутая каста Наткнулась на выступление китайского социолога Ван Оу (王欧). В нем он наглядно описывает механизм, который превращает китайских сельских мигрантов (农民工) и их детей в замкнутую касту, из которой почти невозможно выбраться. С одной стороны, их почти насильственно втягивают в город — через образование детей. Местные власти, плотно подсевшие на «земельные финансы» (продажу земли как основной источник бюджетных доходов), активно высасывают образовательные ресурсы со всего региона и концентрируют их вокруг городских новостроек, чтобы стимулировать их продажи. Качественные школы строят исключительно рядом с новыми жилыми комплексами, хороших учителей переводят из деревень в эти школы, а места в них привязывают к владению недвижимостью в данном районе. Первое, что бросается в глаза в таких новых районах — рекламные шиты «Хорошее жильё — хорошее образование». А в самих же деревнях последние 20 лет проводится политика «объединения школ» (撤点并校), которая на деле обернулась зачисткой сельского образования. В одном из поселков, где Ван Оу проводил исследование (28 деревень в округе), к 2023 году осталось всего две сельские школы, скоро закроют и их. В результате дети вынуждены покидать деревни уже с детского сада. Они либо живут в интернатах и коммерческих приютах, либо в съёмных квартирах рядом со школой (с родителями или без них), либо семья тратит сбережения двух поколений и берёт ипотеку на 15–20 лет, покупая городскую новостройку стоимостью 600–700 тысяч юаней. И независимо от выбранного варианта — будь то интернат, платный приют, аренда жилья или ипотека — совокупные ежемесячные расходы на ребёнка составляют не менее 5–6 тысяч юаней. С другой стороны, город отталкивает их не менее изощрёнными механизмами — например, балльной системой отбора. В городе Куньшане (昆山), к примеру, детей мигрантов отсеивают по таким критериям, как наличие недвижимости, уровень образования родителей, социальное страхование и т. д. Количество мест в государственных школах строго ограничено: те, кто не набирает нужное количество баллов, вынуждены идти в дорогие частные школы. Так, в этом противоречивом поле между силами притяжения и выталкивания, которые город оказывает на сельских мигрантов, рождается парадокс: чем слабее социальное положение семьи в Китае, тем дороже ей обходится образование детей. А дети, выросшие в этом подвешенном состоянии — то с родителями, то без них, между деревней и городом, между интернатом и съёмным жильём, — практически не имеют шансов вырваться в верхние слои образовательной гонки. Они редко поступают в престижные вузы и с высокой вероятностью становятся рабочими-мигрантами следующего поколения. Замкнутый круг.