И это пройдёт Честно говоря, мой человек выдохся. Это не жалость к себе, а честное признание. Мой человек очень сильно устал. Давно. Мы настолько натренированы быстро преодолевать кризисы, что в моменты истощения вообще об этом не говорим. Это напоминает мне детство: ты упал, тебе очень больно и обидно, но ты не можешь разрыдаться, потому что тогда все вокруг испугаются и заропчут. Как-то раз близкая подруга мне сказала: «Я увидела твою уязвимость, и мне стало не по себе. Словно столп, на котором стоит мир, сломлен». И это то, что переживают сильные сущности. Мне здесь не нравится. Особенно сейчас. Но мы на работе, на контракте. Кстати, как-то этот контракт я пыталась расторгнуть. Это невозможно. Мы на вахте. У меня больше нет иллюзий, что ассистирование такого уникального, глобального и масштабного процесса как Переход - будет полётом на розовом облачке с песней аймэбарбигёрл ин э барбиворлд. Я сама часто указываю на это: внешнее - отражение внутреннего. Таков один из конов Вселенной. Отголоски это сознания жертвы? Скорее всего. Ощущение себя функцией, застрявшей не в том уравнении. Таков путь, мы сами вызвались сюда. На фоне нынешнего состояния всплывает весь путь, который ты идёшь по большей части один. Без жалости, а как факт. Ты всю жизнь паршивая овца и изгой. Ты волонтёр. Свой среди чужих. Чужой среди своих. Это истощает. (Ну, как же фонит эта жертва!) Конечно, я продолжу делать то, что ясно вижу и чувствую правильным. Конечно, продолжу нести свою веру и служить Жизни. Но если кто-то это сейчас читает и видит рядом человека, который кажется сильным - скажите ему доброе слово. Потому что сильные люди слышат это очень редко. Нормально быть в растерянности. Нормально расстраиваться. Нормально быть человеком, который чувствует себя плохо. И нормально об этом сказать. Вот я в очередной раз и прохожусь в башмачках того, кого недавно назвала слабым. Я мечтаю проснуться однажды с чувством лёгкости и свободы. Когда всё, что от тебя требуется - это просто ты сам. И желаю всем нам этого свежего беззаботного утра. Как в том детстве, которое однажды не оборвалось и тебе не пришлось стать взрослым.