Жажда измучила. Неутолимая, она испачкала рот. Жадно пью своё тщеславие — тягучее, оно стекает, липнет к пальцам и губам. Я отравлена его сладостью, нежным запахом липы и обещанием вечной памяти. На немыслимой скорости разбегаются рифмы, за ними — дела, и на диване, обитом бархатом, в сумерках хочется исключительно нежности, ласки на уровне грешности и много-много вина. Буду бить любимый сервис — пусть он мучается, кусается больно, мелким цветочком громко кричит. Звук разбитого вдребезги ощущения парности пенится и больно где-то за сердцем щемит. Было много счастливых мгновений и истраченных мной бесполезно минут. Сожалеть — неуместно, вспоминать лучше минимум, как минимум, вслух. К.Бондырева