Меня давно привлекают тема теории смеха — особенно в народной культуре — и те герои, которые являются носителя этого смеха. В статье «Шуты и шутовство сквозь эпохи» автор разделяет 2 типа подобных персонажей. Первые — клоуны. Это недалёкие люди, чья задача — просто веселить публику. Вторые — это шуты или «мудрые дураки». Они только кажутся глупыми на первый взгляд, хотя на деле умнее многих окружающих. Свой настоящий ум, своё остроумие они прячут за абсурдными выражениями и нелепыми поступками. Одна из основных их функций — говорить неприятную правду, которую все остальные стараются избегать. В мировой культуре есть масса героев-шутов — во главе с Гамлетом и Дон Кихотом. Несмотря на огромные различия между этими образами, именно связь с шутовскими функциями объединяет их, хоть они и проявляются у них по-разному. В «глупости» Дон Кихота никто не сомневается. Он глуп и смешон в своей доверчивости, наивности, излишней сентиментальности, фанатичной верности своим идеям и тд. Но при этом весь его императив — донести до людей какую-то важную правду, которую они не видят (о том, что мир на самом деле полон чудес). Дон Кихот добровольно выбирает судьбу изгоя (можно сказать — претворяется странным, ненормальным, сумасшедшим), потому что видит в этом удобную для себя роль. С Гамлетом всё тоже интересно. Известно, что это одна из трагедий Шекспира, в которой среди действующих лиц нет шута (есть Йорик, но он же не действует). Так что многие исследователи писали о том, что функции шута частично выполняет сам Гамлет. Но в его случае «шутовство» тесно связано с темой безумия. Как только он начинает говорить опасные вещи, его объявляют безумным (то же самое происходит, кстати, с Чацким). Таким образом, безумие оказывается для Гамлета защитой, оправданием его дерзости. Так что большой вопрос, являются ли феномены безумия, гениальности и глупости такими уж разными, какими кажутся на первый взгляд.