Поговорим о сегодняшнем ужасающем происшествии в школе в Одинцово, точнее про истерики двух пропагандонов Журналист Анастасия Кашеварова эмоционально обезьянит в позе обличителя, но это ровно тот случай, когда пафос не бьётся с биографией. Рассуждать о «разрушенных ценностях», «отсутствии идеологии» и «стране-марионетке», находясь внутри системы, которая эти решения принимала и обслуживала, — выглядит как минимум странно. Она не внешний наблюдатель и не диссидент, а активный участник политической машины, долгие годы работавший в логике Володинского парламентаризма, где лояльность всегда была важнее смысла. Война, о которой она теперь говорит с трагической интонацией, не возникла сама по себе — её годами оправдывали, нормализовывали и продавливали в публичном поле в том числе такие спикеры. Когда человек сначала участвует в поджигании дома, а потом выходит к пепелищу читать лекцию о пожарной безопасности, это вызывает не катарсис, а недоумение. Особенно когда пафос про «2% идейных» соседствует с полным отсутствием личной ответственности за происходящее. С подсосом Соловьева Карнауховым история другая, но не менее показательная. Здесь нет даже претензии на глубокий анализ — только рефлекторная, ментовская по своей сути реакция: есть «нормальные», есть «ненормальные», есть правильная скорбь и неправильная. Любая попытка связать трагедию с системными проблемами — от финансирования до безопасности — объявляется цинизмом. При этом сам текст построен ровно на эксплуатации эмоции: трагедия используется как повод самоутвердиться, раздать ярлыки и в очередной раз подтвердить собственную «правильность». Это не аналитика и не эмпатия, это телевизионный навык — давить на боль, не задавая вопросов, потому что вопросы могут вывести не туда. Интеллектуального зазора тут действительно не видно: есть только служебная интонация и привычка говорить сверху вниз. И в итоге мы снова упираемся в одну и ту же проблему. Люди, десятилетиями сидящие на госбюджете, в медиа или около власти, вдруг начинают рассуждать о деградации общества, утрате смыслов и моральной катастрофе, не замечая собственного вклада в эту реальность. Хочется искренне пожелать таким персонажам однажды столкнуться с последствиями системы, которую они обслуживали, не в теории и не в риторике, а на личном опыте. Иногда это действительно помогает — если не с совестью, то хотя бы с умом. @politnext