К «Возвращению имён» Среди моих родных нет репресированных, но с судьбой одного пострадавшего от ГУЛАГа человека мне всё же довелось столкнуться лично — пусть и через бумаги. В мой последний (в жизни?) приезд в Петербург мы с моей будущей бывшей женой бродили по Уделке и среди каких-то очередных невнятных вещей нашли тонкую стопку старых бумаг. Это были документы некой Петрушанской Анны Петровны. Актриса, ставшая вслед за мужем Борисом Эльманом агенткой советской разведки на Западе. Не питаю иллюзий на этот счёт, но всё же надеюсь, что хотя бы в Германии они работали против нацизма, а не оппозиционеров. В Германии однажды её в первый раз и арестовали. Но чудом, благодаря актерскому мастерству, всё обошлось, а через какое-то время она вернулась в Советский Союз. Где вскоре всё пошло как тогда было обычно: арест мужа, становление ЧСИР, выселение, приговор и, конечно же, лагерь. После лагеря — метание от одного регионального театра к другому, реабилитация в хрущевское время (пишут, что тот сам лично вернул ей партбилет), и хождение по региональным театрам до, надеюсь, покоя на должности заведующей педчастью Московского театра кукол. Периодически я вглядываюсь в этот трудовой лист (см. фото): иду от года к году, представляю атмосферу, из-за которой она раз в несколько месяцев переходила из одного театра в другой, нахожу указанные театры на Google Maps и опять впускаю в себя это бесконечное сожаление — о судьбах, которые поломала и продолжает ломать Россия, внутри и вовне себя, и о её альтернативной версии, которая никогда не случится. Эта боль навсегда. ——— Тут о её жизни, из сборника «Враги народа»: vgulage.name/ А здесь видеоинтервью, снятые незадолго до смерти: история от первого лица