Дождь в Канисурбусе начался приблизительно в 4 утра 21 июня после продолжительной засухи, и в следующее же воскресенье местный священник вознес молитвы Иисусу, спасшему урожай. " Да придет жизнь в наши дома и пастбища с этим священным дождем",- прокричал он с амвона и толпа проскандировала : "хвала, хвала, хвала!" С того воскресения дождь шел тише или громче, мелким накрапом или мощными душевыми струями, но больше не останавливался. В середине августа народ собрался на проповедь, где спросил священника, когда же закончится благословенный дождь, который уже затопил посадки и украсил плесенью дома, на что он ответил, что такова воля Божья и в тот же вечер витражи цервки были побиты камнями. Ночью священник сел на поезд и исчез из Канисурбуса навсегда. Дождь усилился. Дженна любила Маркуса и каждый вечер предлагала перед сном сделать ему массаж. На кончиках ее пальцев помещалась такая сила, что Маркус называл этот массаж "свежеванием сутулой собаки". Он плакал, кричал и смеялся, покуда она отдирала ему шкуру от мыщц спины, а потом божественное тепло разливалось по его телу и он благодарил небеса за дождь, потому что иначе он бы не познал этого удовольствия, ведь Дженна предпочитала проводить вечера в саду, погружая пальцы в рыхлую землю. К концу августа жители обратились к правительству, с просьбой перенести город в другое место, где бы дождь шел не постоянно , а хотя бы два три раза в неделю. Взамен правительство прислало церковный хор и священника, который молил бога о том, чтоб дождь прекратился, и через несколько дней он попал в больницу с сотрясением мозга, так как очень старался в поклонах на своих мессах. Маркус уже месяц не ходил на ферму, потому что дорогу размыло так, что в последний раз он потерял там штаны, выбираясь из грязи. Целыми днями Дженна делала ему собачий массаж, а он стал присматриваться к месту в церковном хоре, потому что во время домашних массажных экзекуций стал издавать грудные звуки, со временем ставшие похожи на хоралы. 30 августа Маркус, бледный как рушник, заявился в пустую церковь и начал петь и просить Бога остановить дождь, потому что от его спины не осталось и живого места, а его возлюбленная так сошла с ума от безделия, что начала примерять к его спине железную тяпку и лопатку. Бог был глух и Маркус уснул между скамей, а утром, под мерный стук дождя, пошел домой, чтоб к вечеру Дженна посадила на его спине петунии. Священника унесло потоком грунтовых вод, когда вода затопила больницу. Часть жителей покинули свои дома и отбыли в разных направлениях, а часть утонула под дождем вместе с церковной башенкой. Нам оставалось только молиться о том, что мы живем не в этом проклятом Богом городе. А в другом. Нос: груши-яблоки , завернутые в ношеные носки. Вкус: кислотность выступает так, что кажется поет одна в этом хоре. Послевкусие: последние выходные лета. Зачем пить: чтоб тосковать о том, чего не случилось.