Зачет авансом_2 Состав участников показал, что обсуждение не было «внутрицеховым». В нем приняли участие президент Федеральной палаты адвокатов Светлана Володина, декан юридического факультета Финансового университета при Правительстве РФ Гюльнара Ручкина, профессор факультета права НИУ ВШЭ Владимир Мазаев, заместитель декана юридического факультета ГАУГН Тимур Соколов, проректор МГЮА имени О. Е. Кутафина Александр Чанышев, представители Российской академии образования, РУДН, Московского политеха, МГПУ, Государственного университета просвещения, правозащитных институтов, адвокатского сообщества, общественных организаций и молодежных объединений. Такой круг спикеров важен сам по себе. Он показывает: проблема созрела до межинституционального уровня. Это уже не только вопрос вузовской программы и не только вопрос профессионального сообщества юристов. Это вопрос образовательной политики, молодежной политики, профилактики правонарушений, цифровой безопасности и в конечном счете, вопрос городского и государственного управления. Особенно значимо, что участники обсуждали не только содержание, но и формат. В прозвучавших выступлениях и сопутствующем обсуждении была зафиксирована необходимость уходить от скучной, лекционной, назидательной модели. Судебные симуляции, правовые марафоны, юридические клиники, интерактивные занятия, разбор реальных кейсов, внедрение специализированных модулей и курсов — все это уже не дополнение, а обязательный минимум, если мы рассчитываем говорить с молодыми людьми на языке времени. Правовое просвещение, которое не умеет конкурировать за внимание, проигрывает еще до начала разговора. Но, пожалуй, самый острый вывод лежит глубже. Правовое просвещение в нынешних условиях не может строиться только на ресурсе действующих академических юристов. Система нуждается в новом кадровом контуре. Здесь уместно сказать о неприятной, но реальной тенденции: юридический рынок уже давно перенасыщен. Причем проблема не только в количестве специалистов, но и в качестве подготовки части выпускников, особенно тех образовательных траекторий, которые давали формальный диплом без реальной профессиональной глубины. Искусственный интеллект дополнительно ускорит этот процесс. Большой пласт рутинной юридической работы - первичный анализ документов, поиск практики, шаблонная подготовка правовых позиций, типовые консультации – все это будет автоматизироваться. И это означает, что многие юристы столкнутся с сокращением привычного поля занятости. Однако здесь скрывается не только риск, но и резерв. Именно эта категория специалистов при правильной переподготовке может стать кадровой опорой современной системы правового просвещения. Опорой реальной - не в логике «не получилось в профессии - идите учить других», а в логике новой специализации: юрист-просветитель, юрист-наставник, юрист-медиатор правовой социализации. Но для этого им недостаточно знать кодексы и судебную практику. Нужны знания педагогики, возрастной психологии, психологии подростков и юношества, цифровой среды, механизмов группового влияния, мотивации и девиантного поведения. Только тогда правовое просвещение сможет стать не трансляцией норм, а работой с человеком - в том возрасте, когда соблазны интернета, иллюзия легких денег и алгоритмы вовлечения (социальная инженерия) действуют быстрее и агрессивнее, чем школьный или вузовский учебный план. #право #МГД #ГосДумаРФ #КабышевСВ #ЯмщиковаЕН #просвещение #образование #школа #колледж #ВУЗ #СПРАВЕДЛИВАЯРОССИЯ