Недавно у российского побережья Черного моря было небольшое землетрясение. Очевидная опасность от землетрясений в море – это образование цунами. Особенно опасно, если эпицентр землетрясения оказывается близко от берега, цунами накатывает на берег через считанные минуты, и нет никакой возможности провести оповещение и эвакуацию населения. Но в Черном море, помимо реальной угрозы цунами (которые действительно происходят раз в несколько сотен лет, правда они совсем не высокие), есть и потенциальная угроза выбросов сероводорода. В Черное море впадают достаточно крупные реки (Дунай, Днепр, Днестр и другие), из-за чего поверхностная соленость в Черном море в два раза ниже средней солености Мирового океана. Можно сказать, что все Черное море сверху накрыто сильно трансформированным речным плюмом. Кроме того, у Черного моря очень ограниченный водообмен со Средиземным морем через узкие и неглубокие проливы. При этом, начиная с глубин в 150-200 метров, соленость воды в Черном море повышается на 10-30%. Из-за значительного перепада солености между верхним слоем и глубинными водами между ними практически отсутствует перемешивание. Это приводит к тому, что кислород из атмосферы проникает только в поверхностный слой и не попадает ниже стометровой глубины. В результате этого, органика, которая отмирает в верхнем слое и оседает на дно моря, разлагается в бескислородной среде, что приводит к образованию сероводорода и сероводородному заражению глубинных вод Черного моря. Землетрясения могут стать триггером выделения растворенных газов из водоемов, которые могут быть опасны для животных и человека. Известные примеры подобного трагического события произошли на двух соседних озерах в Камеруне: на озерах Манун и Ньос. Эти два озера расположены в районе вулканической активности. В воду этих озер снизу из дна просачивается углекислый газ вулканического происхождения. В обычных условиях углекислый газ в большой количестве растворен в глубинных водах этих озер. В результате внешнего воздействия (землетрясения, извержения вулкана, оползня) может начаться резкая дегазация и выделение растворенного углекислого газа в атмосферу. Углекислый газ тяжелее воздуха, он растекается по поверхности суши, в результате чего животные и люди вокруг озера задыхаются. Это и произошло в Камеруне с интервалом в два года. В 1984 году около озера Манун погибло 37 человек, но никакой серьезной реакции на это не последовало. Через два года вокруг озера Ньос погибло уже 1700 человек – последствия оказались гораздо серьезней. Как бороться с этим явлением? Постоянно выводить углекислый газ из глубинных слоев озер. Оказывается, это не такая сложная техническая задача. В оба озера установили по три вертикальные трубы, которые связывают глубинные воды напрямую с атмосферой. Углекислый газ поднимается вверх по трубам, вовлекая за собой воду – так получаются довольно высокие фонтаны воды, насыщенные углекислым газом. Кроме двух этих случаев, ничего подобного не регистрировалось больше ни на одном водоеме в мире. Но, по геологическим данным, подобные лимнологические катастрофы раз в тысячу лет происходят еще на одном африканском озере Киву, расположенном на границе Конго и Руанды. Вызваны они выделением метана, а не углекислого газа, а в остальном процесс аналогичен тому, что произошло на озерах Манун и Ньос. Ну а что же Черное море? Землетрясения в нем нередки, возможно ли катастрофическое выделение сероводорода из глубинных слоев? Мои коллеги гидрохимики говорят, что сероводород довольно быстро реагирует с кислородом и окисляется, так что катастрофических последствий со смертельным исходом даже при сильных землетрясениях быть не должно. Поэтому на Черном море из числа потенциальных морских природных катаклизмов опасаемся только цунами.