– Двигаемся? – Двигаемся. – Оп-ля… – Володя, иди место занимай. – Таких дворов щас не делают. – Так это ж довоенные дома… – Тогда строили хорошо. – Хорошо, конечно. Вон кирпичи какие… – А щас нашлепают плит этих, а толку никакого. – Правда, строят быстро. – Быстро, да плохо. – Да, плоховато. – Ну что, нам до столовой одна лавочка осталась? – Ага. – А она с улицы, да? – Да. – А балкончики ничего. – Хорошие балконы. Широкие. – И потолки, наверно, большие, высокие. – Да. Тогда на потолках не экономили. – Точно. А щас на всем экономят. – Ага. – Тогда, я помню, как первое апреля – удешевления, понижения, понимаешь, цен. – А щас наоборот – дороже и дороже. – Да. А все Сталина ругали. – А у нас только могут – ругать. – А он войну выиграл, страну укрепил. И дешевле все было. Мясо дешевле. Водка три рубля. Даже меньше. – И порядок был. – Конечно, был. На двадцать минут опоздаешь – судят. – Кажется, на пятнадцать. – На двадцать. Моя жена покойная однажды через Урал бежала, по льдинам, чтоб на завод успеть. Автобус сломался, она побежала. Вот! А кто теперешний побежит? – Да, смешно сказать.